«

»

СИЛА АГИТПРОПА И ПСИХОЛОГИИ ИЖДИВЕНЧЕСТВА

Газовый конфликт Москвы и Минска стал не только событием, без преувеличения привлекшем внимание мировой общественности, но и той каплей, в которой отразились все сложности и перипетии российско-белорусских отношений, а также их восприятие населением обеих стран. Его политические последствия до конца пока неясны, вероятнее всего, они проявятся уже в самое ближайшее время. Хотя президент А. Лукашенко и вынужден был пойти на уступки России, дав указание правительству покупать газ «на условиях Путина», в собственно газовой сфере противостояние белорусских властей и РАО «Газпром» до сих пор так и не завершено. В настоящее время, как известно, по-прежнему отсутствует как контракт на поставку российским монополистом газа самой Беларуси, так и договоренность о тарифе за его прокачку через территорию страны в Европу. Т.е. об окончательных экономических итогах скандала говорить тоже еще рано. Однако результаты информационной войны, вспыхнувшей на его фоне, представляются не менее важными. В этой сфере акция с отключением газа не принесла Кремлю успеха.

Если говорить кратко о том, чья позиция – России или Беларуси – в «газовом» скандале оказалась предпочтительней для общественного мнения, то перевес тут, по мнению опрошенных, на стороне официального Минска. Ответ на открытый вопрос (т.е. респонденты сами вписывали правильные, по их мнению, ответы) об истинных причинах отключения газа дал следующие результаты. Большая часть (55.6%) затруднились дать определенный ответ, почти четверть (24.4%) в той или иной степени указали на ответственность России («Россия хочет присоединить Беларусь», «Россия не уважает интересы Беларуси», «Россия не хочет объединяться» и т.д.). А 20.0% выразили уверенность, что не права была Беларусь («Беларусь несанкционированно отбирала газ», «Беларусь хочет получать газ по дешевке», «амбиции А. Лукашенко» и проч.). Иными словами, в данном случае белорусы почти в равной степени возложили вину за случившиеся на обе стороны.

Несколько иная картина наблюдается в ответах на прямой вопрос «Кто виноват в данном конфликте?», где отвечавшие были поставлены перед жестким выбором. Здесь уже 45% возложили вину за «газовый» скандал на российскую сторону, а лишь 30.7% – на белорусскую. Т.е. столкнувшись с необходимостью выбирать из двух возможных вариантов, почти половина опрошенных поддержала точку зрения А. Лукашенко.

Напомним, что смысл апрельских соглашений 2002 г. предельно прост: дешевый газ в обмен на приватизацию «Белтрансгаза». Дешевый газ поступал в Беларусь на протяжении 1.5 лет, а приватизация «Белтрансгаза» под различными предлогами блокировалась белорусскими властями. Т.е., на практике действовала известная формула «Ваше вы отдайте сейчас, а про наше мы будем разговаривать». Когда же Кремлю надоела данная интерпретация взаимовыгодных связей, была предпринята попытка через отключение газа объяснить А. Лукашенко, что по счетам надо платить. Ответом было заявление об «акте терроризма на самом высоком уровне». Такая реакция нашла отклик и понимание у 42.6% населения страны.

Возможно, в данной ситуации сработал естественный стереотип – «Наших бьют!», когда объективность оценки ситуации заслоняется вовлеченностью в происходящее. Возможно, многие белорусы до сих пор убеждены, что Россия с нами, как с союзниками и братьями-славянами, должна торговать себе в убыток. В этой связи любопытно было бы посмотреть на реакцию этих 42.6%, если бы с ними по вышеописанной схеме, но уже не на государственном, а на бытовом уровне, обращались бы их соседи по лестничной клетке. Многим до сих пор кажется, что можно неплохо жить за чужой счет, ничего не отдавая взамен.

Если сравнить социально-демографический состав тех, кто возложил вину на Россию и тех, кто обвинил Беларусь, то можно увидеть, что в первой группе преобладает традиционный электорат А. Лукашенко (пенсионеры и люди пожилого возраста с невысоким уровнем образования, проживающие в небольших городах). А во второй, по сравнению со всем населением, шире представлено молодое поколение (20-39 лет), живущее в столице и имеющее высшее образование.

Все время – до скандала, во время его и после формального окончания – создавалось впечатление, что А. Лукашенко, отказываясь от заключения контракта с «Газпромом» на рыночных условиях (напомним, это было согласовано на его встрече с В. Путиным в Сочи), сознательно провоцировал Россию на резкие шаги, рассчитывая при обострении отношений извлечь из этого выгоду. Такой расчет, как можно сейчас убедиться, в определенной степени оправдался. С заявлением А. Лукашенко, назвавшего отключение газа «актом терроризма на высшем уровне», солидаризировались 42.6% респондентов. С оценками российского МИДа («Вызывающее заявление, сделанное президентом А. Лукашенко, свидетельствует о том, что он, пренебрегая интересами белорусского народа, берет курс на обострение отношений с Россией»), как и в прошлом вопросе, согласилось в 1.5 раза меньше респондентов – 27.6%.

Не менее показательны и ответы на вопрос о путях решения «газового» конфликта. Хотя доминирующая точка зрения сводится к необходимости достижения компромисса, почти в 2 раза больше респондентов уверены, что российская сторона должна принять условия белорусской, а не наоборот (табл. 1).

Таблица 1. Распределение ответов на вопрос «Как, на Ваш взгляд, должен быть решен этот конфликт?»

Вариант ответа

%

Беларусь и Россия должны прийти к согласию путем переговоров

62.5

Беларусь должна найти другие источники энергоресурсов и не зависеть от России

13.9

Российская сторона должна принять условия Беларуси

10.5

Белорусская сторона должна принять условия России

5.8

Другое решение

0.5

После окончания любого конфликта самым интересным является вопрос о его непосредственных последствиях. Как повлияло отключение газа на отношение белорусов к России? Отвечая на вопрос «Изменилось ли Ваше личное отношение к России после конфликта?», подавляющее большинство, более двух третей, ответили, что оно не изменилось. Четверть опрошенных заявили, что их личное отношение к России ухудшилось, и только 3.6% указали, что улучшилось.

Возвращаясь к социально-демографическим характеристикам, надо отметить, что они здесь почти полностью совпадают, с теми, что были отмечены выше (ухудшилось отношение к России преимущественно у пенсионеров с невысоким уровнем образования, улучшилось у столичной молодежи с высшим образованием). Таким образом, можно сделать вывод, что в процессе газового противостояния с Россией А. Лукашенко удалось склонить общественное мнение на свою сторону за счет мобилизации своих твердых сторонников. А добиться этой мобилизации позволили изменения на белорусском рынке СМИ.

Впервые уязвимость белорусского президента перед мощью российских масс-медиа, прежде всего электронных, стала очевидной после первого скандала с «Газпромом», произошедшего осенью 2002 г. Сразу после этого белорусские власти, осознав исходящую с Востока информационную опасность, взяли курс на вытеснение российских СМИ из белорусского медиа-пространства. Этот процесс был подробно освещен в материалах НИСЭПИ. Если кратко, его суть состоит в том, что в достаточно короткие сроки белорусским властям удалось в значительной мере снизить российскую медиа-зависмость, прекратив либо уменьшив вещание российских каналов на Беларусь, а также частично заменив российские новостные и аналитические программы отечественными.

Спустя полтора года мы можем увидеть плоды такой политики. Хотя большинство белорусов (около 40%) считают, что объективного освещения «газового» конфликта не дали ни российские, ни белорусские СМИ, все же более четверти респондентов отдали предпочтение белорусским, тогда как российским лишь 17.6% (табл. 2).

Таблица 2. Распределение ответов на вопрос «Белорусские и российские СМИ освещали этот конфликт по-разному. На Ваш взгляд, кто из них был объективнее?»

Вариант ответа

%

Белорусские СМИ

27.8

Российские СМИ

17.6

Ни те, ни другие

38.2

Часто приходится слышать утверждения о непрофессионализме и архаичности белорусских государственных масс-медиа, особенно при освещении общественно-политической тематики. Действительно, такие утверждения в значительной степени справедливы. Работа белорусского телевидения в период «газового» скандала и некоторое время после его завершения напоминала худшие образцы периода «холодной войны». Если бы эти передачи увидел человек, впервые занявшийся проблемой российско-белорусских отношений, у него, наверняка, сложилось бы впечатление, что у Беларуси нет более заклятого врага, чем Россия. Однако в искусственно созданных условиях отсутствия конкуренции их пропагандистская мощь приносит тем, кто заказывает такую «музыку», очевидные дивиденды. Если же подводить первые информационные итоги «газового» скандала, то стоит отметить несколько важных моментов. С одной стороны, надо признать, что белорусским властям удалось навязать значительной части общества свою трактовку случившейся коллизии, особенно когда респонденты оказывались в условиях жесткого выбора. Если же брать более глубокое отношение белорусов к истории с отключением газа, то оно вовсе не выглядит так однозначно.

С другой стороны, нельзя не указать на эффективность работы информационно-пропагандистского аппарата нынешней власти, который стал способен не просто конкурировать с российскими оппонентами, но и побеждать их. В целом же отношение ко всем аспектам «газового» скандала напрямую зависит от того, с версией каких СМИ – российских или белорусских – согласились респонденты. И здесь мы наблюдаем просто «зеркальную» картину (табл. 3).

Таблица 3. Отношение к различным аспектам «газового» конфликта в зависимости от оценки объективности его освещения СМИ, %

Вариант ответа

Какие СМИ объективнее освещали «газовый» конфликт?

Белорусские

Российские

Кто виноват в «газовом» конфликт?
Виновата Россия

81.1

20.1

Виновата Беларусь

10.8

69.9

С какими заявлениями Вы согласны?
С заявлением А. Лукашенко

86.2

12.1

С заявлением российского МИДа

5.4

74.9

Как нужно решить «газовый» конфликт?
Россия должна принять условия Беларуси

63.5

7.6

Беларусь должна принять условия России

11.9

60.1

Как изменилось отношение к России после «газового» конфликта?
Улучшилось

3.0

69.3

Ухудшилось

57.1

4.7

Вместе с тем, адекватно воспринимать происходящее и без раздумий соглашаться с официальной интерпретацией в гораздо большей степени готова та часть общества, которая и по всем другим принципиальным вопросам поддерживает нынешнего главу государства.

К происшедшему можно относится двояко. Кто-то найдет достаточно оснований, чтобы впасть в бурную радость – «Мы впервые после битвы под Оршей вновь побили москалей, на этот раз на информационном поле!» Кто-то более важным сочтет иной итог – степень контроля А. Лукашенко над белорусским социумом, а также возможность игнорирования, или, по крайней мере, подавления, им внешних факторов влияния в настоящее время достигли опасных размеров. Вследствие этого, в любой возможной конфликтной ситуации он способен заметно влиять на отношение общества к тем или иным событиям в нужном для него русле. И использоваться данный инструмент может исключительно по желанию его обладателя – вчера против НАТО, сегодня против России и оппозиции. Кроме того, степень живучести иждивенческих настроений в белорусском социуме, по крайней мере, некоторой его части, не может не вызывать опасений. Ведь когда к власти рано или поздно придут другие люди, они будут вынуждены иметь дело с этими же избирателями. С избирателями, почти половина которых фактически согласилась с мнением нынешнего лидера о том, что можно не платить по счетам, водить партнеров за нос и требовать от них преференций, при этом не давая ничего взамен.