ДИВИДЕНДЫ ОПТИМИЗМА

"Оптимизм приносит дивиденды" – эту мысль мы позаимствовали из книги американца Д. Майерса "Социальная психология". Судя по результатам мартовского опроса, она является универсальной, а потому смело может быть использована для анализа перемен общественного мнения в Беларуси.

Если декабрьский опрос зафиксировал шок, связанный с ростом цен, то мартовский выявил обратную тенденцию. Общественное мнение явно пожелало освободиться от тревожных эмоций, предпочтя убыткам пессимизма, дивиденды, пусть во многом и виртуальные, социального оптимизма. Интересно отметить, что белорусская экономика в первом квартале объективных поводов для этого, вроде бы, не давала. Индекс потребительских цен в январе составил 102.5%, в феврале – 100.7%. По утверждению министра экономики Н. Зайченко, ценовая добавка в марте ожидается на уровне 0.5% (на 20 марта она составила 0.3%). В целом же в 2008 г. ставится задача удержать инфляцию на уровне не выше 8%. Министр назвал эту задачу "очень напряженной", одновременно пообещав не пойти "на кратное повышение цен и тарифов", на чем настаивает ряд министерств.

Но способны ли белорусы улавливать инфляционные месячные тренды, измеряемые долями процента, или все дело в естественном стремлении к получению дивидендов оптимизма? Скорее всего, они поступают по Д. Майерсу, а не занимаются скрупулезными подсчетами, которые по долгу службы осуществляет министр экономики.

Обратимся к данным табл. 1. Показатели июня 2006 г смело можно рассматривать в качестве своеобразного эталона положительной оценки населением перемен своего материального положения за трехмесячный временной промежуток. Для большей наглядности введем коэффициент роста материального благополучие (КМБ), определяемый как отношения значений в строке "Улучшилось" к строке "Ухудшилось".

Значение КМБ, равное 2 и выше, вероятно, близко к максимально возможному, поэтому январское падение коэффициента до 1.3 свидетельствует о серьезных изменениях к худшему (точнее, об ощущении таких изменений). К маю тревожные ожидания, вызванные январским кризисом, усилились, и КМБ стал меньше единицы (число респондентов, отметивших ухудшение своего материального положения, превысило число тех, кто отметил улучшение). Осенью начал сказываться "эффект Майерса", который усилили многочисленные официальные заявления о преодолении белорусской промышленностью проблем, вызванных ростом цен на российские энергоносители. Но к концу году начался рост цен на продовольственные товары, заставший население врасплох. Вот этот самый эффект неожиданности и зафиксировал КМБ, опустившись до исторического минимума.

Находиться длительное время в точке "исторического минимума" – непосильная для общества задача, поэтому, несмотря на январскую инфляцию, КМБ несколько вырос, хотя ему еще очень далеко до "исторического максимума".

И, подводя черту под анализом ответов на вопрос табл.1, следует отметить, что зафиксированные нами колебания проходили на фоне существенного роста реальных денежных доходов населения. По крайней мере, об этом говорят цифры Министерства статистики (+14.7% по сравнению с 2006 г.).

Рост числа граждан, ощущающих улучшение своего материального положения, сказался положительно и на оценке курса развития страны (табл. 2). Опасная для власти тенденция, формировавшаяся всю вторую половину прошлого года, повернулась вспять. На 2.6 пункта увеличился электоральный рейтинг главы государства, поднявшись до отметки в 42.5%.

Чем абстрактнее вопрос, тем ниже амплитуда колебаний ответов во времени. Тем больше влияет на ответы политическая предубежденность респондентов. Поэтому нет ничего удивительного в том, что вопрос об оценке политической обстановки в Беларуси раскалывает общество (табл. 3). Особенно это заметно на крайних формулировках ("Благополучная"/"Напряженная"/"Критическая, взрывоопасная"), где разница в 10 раз давно стала нормой.

Данные табл. 3 подтверждают тот факт, что официальная версия о социальной стабильности в Беларуси не является мифом (по крайней мере, для 70% населения). Мифом является утверждение о едином народе, сплоченным вокруг фигуры главы государства.

Способность белорусского общества извлекать дивиденды оптимизма, даже при отсутствии заметных изменений к лучшему (речь, разумеется, об экономических изменениях), подтверждают и данные табл. 4. Первые триада причин, вызывающих у белорусов опасения, за последний год не изменилась – это "Потеря здоровья", "Нищета" и "Потеря работы". А вот средний уровень опасений по всему предложенному перечню заметно снизился: 25.2% в мае 2007 г. и 20.0% в марте 2008 г. (в июне 2000 г. – 26.9%).

За последние девять лет белорусы стали значительно меньше опасаться преступности, гражданской войны и произвола властей. Данные перемены свидетельствуют об усиление "руководящей и направляющей" роли государства. А вот опасение потерять работу возросло. Особенно это заметно в майском опросе. При постоянных победных рапортах о практически полном искоренении безработицы такая динамика вызывает удивление. Одно из возможных объяснений выявленного парадокса заключается в том, что уровень материального благополучия белорусов за последние годы заметно подрос, многие стали жить в долг, активно обращаясь в банки за кредитами для покупки недвижимости и приобретения товаров длительного пользования. В таких условиях потеря работы, даже временная, может привести к тяжелым последствиям.