Высказывания президента А. Лукашенко о негативном влиянии на мировоззрение белорусских детей поездок на оздоровление за рубеж, а также его распоряжение установить государственный контроль в этой сфере, вызвали широкий резонанс в Беларуси и в тех западных странах, благотворительные организации которых давно участвуют в подобных проектах. Большинство откликов сводилось к тому, что, во-первых, главная цель, которую преследуют в данном случае власти, – дальнейшая изоляция страны от внешнего мира. Во-вторых, благотворительность, как душевный порыв, плохо совместимый с бюрократией, как форма гражданская активности в принципе не терпит вмешательства государства. И если оно все же будет иметь место, это неизбежно приведет к весьма неблагоприятным последствиям. В первую очередь для детей из пострадавших от Чернобыльской катастрофы районов, заботой о благе которых как раз и мотивировал свое решение президент. В этой связи, на наш взгляд, совершенно закономерной выглядит отрицательная оценка инициативы президента со стороны белорусских граждан (табл. 1).

Как видим, более половины опрошенных заявили, что не поддерживают предложение главы государства, противоположное мнение высказало около 20% респондентов. Объяснить полученные данные можно следующим: у 4.5% белорусов, а это треть миллионов человек, их собственные дети выезжали за границу по чернобыльским программам, а более 40%, т.е. три миллиона, знают такие семьи (табл. 2).

Иными словами, отношение избирателей и к самим программам оздоровления, и к их результатам, основывается либо непосредственно на личном опыте, либо на информации знакомых им людей. Фактор живого восприятия играет огромную роль. Если после посещения Германии или Италии твой ребенок возвращается домой отдохнувшим и нашедшим новых друзей (обычной практикой является установление и поддержание тесных связей между белорусскими и, например, немецкими семьями, где жили белорусские дети), вам нет дела до страхов президента, опасающегося, что юные белорусы, посмотрев мир, увы, уже никогда не поверят рассказам, что они живут в самой счастливой стране мира. Т.е. реальные интересы рядовых граждан оказываются для них важнее идеологических постулатов официальных властей – среди тех, чьи дети были за рубежом по чернобыльским программам, 75.9% не поддерживают инициативу А. Лукашенко (поддерживают 14.3%), а среди тех, кто знает такие семьи, это соотношение выглядит 62.8 % vs 20.7%.

При сравнении двух групп опрошенных, тех, кто поддержал установление госконтроля в сфере зарубежного оздоровления, и тех, кто высказал противоположную точку зрения, выясняется, что их представители совершенно по-разному оценивают как ситуацию в стране, так и ее перспективы (табл. 3).

Поддержавшие инициативу А. Лукашенко в подавляющем большинстве ему доверяют, почти две трети из них положительно относятся к тому, чтобы он оставался пожизненным президентом, удовлетворены развитием демократии в стране, а также считают, что Беларусь не должна войти в Евросоюз. Их оппоненты в большинстве своем, напротив, не доверяют А. Лукашенко, не удовлетворены развитием демократии, отрицательно относятся к тому, чтобы он стал пожизненным президентом, готовы голосовать на следующих президентских выборах за успешного конкурента действующего главы государства, а также поддерживают идею вступления Беларуси в ЕС.

Собственно, в этих выводах нет ничего сенсационного – включенность в контакты с внешним миром, обладание правдивой информацией о нем, о действительном месте Беларуси в мире, прямо влияет на убеждения людей. В этом смысле настойчивое стремление нынешних властей "закрыть страну" от всякого внешнего влияния, будь то с Востока или с Запада, вполне понятно. Логика развития авторитарного режима вынуждает президента на максимально обозримую перспективу предпринимать такие меры, которые уже сейчас устранили бы потенциальные угрозы, представляющие для него опасность лишь через 10-20 лет. В итоге вынуждены страдать дети.

Однако политика "закручивания гаек" имеет один существенный недостаток – она эффективна до тех пор, пока не сталкивается с естественными пределами, как в нашем случае – с конкретными интересами миллионов людей. В конфликте идеологии и жизни всегда побеждает последняя. Поэтому чем более жестким будет становиться идеологический каркас власти, тем выше вероятность того, что она сама сформирует критическую массу граждан и, в конце концов, потерпит фиаско.